IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

 
Ответить в эту темуОткрыть новую тему
> Теремки Навны
Поделиться
ИВК
сообщение 15.7.2020, 22:02
Сообщение #1


Профессионал
*******

Группа: Глоб. Модератор
Сообщений: 8606
Регистрация: 22.6.2009
Вставить ник
Цитата
Из: Онега
Пользователь №: 1352
Страна: Россия
Город: Не указан
Пол: Муж.



Репутация: 29


Что такое теремок Навны — просто её фантазия или настоящий дом? Попробуем разобраться.
Навна по призванию — Учительница. Она счастлива лишь тогда, когда окружена детьми, чьи души и мысли может просветлять. Для большей ясности использую такое сравнение. Вот обычная учительница. Её место, естественно, в школе. А школа — прежде всего не здание, а дети. Нет детей — нет школы, и учительница тут — не учительница, некого же учить. Так и у Навны: нет детей — нет теремка; второе прямо вытекает из первого. И притом она воспринимает своих подопечных буквально как собственных детей, так что для неё теремок — слившиеся друг с другом дом и школа. Навна без теремка чувствует себя не только оставшейся без любимого дела, но ещё и бездомной.
Чтобы получше понять, как всё это выглядит на деле, пройдёмся поочерёдно по всем теремкам Навны.

Первым теремком она обзавелась в десять лет — о чём тут, в первых двух главах. В нём Навна самозабвенно воспитывала брата и сестёр, а также всех младших, кто в пределах досягаемости. Воспитывала так, как то вообще было принято у свободных словен, от себя мало что привносила. Можно сказать, создала первый теремок по образу и подобию того, в котором сама выросла, — то есть маминого. Необычайность лишь в том, с какой энергией и талантом Навна занимается своим теремком.
А самое главное в теремке — тот идеал, в приближении к которому и состоит смысл воспитания. Главный кумир свободных словен — Святогор; естественно, что и Навна воспитывает мальчишек (а тут и далее говориться будет о них; почему не о девочках — сказано здесь), стараясь сделать их как можно более похожими на Святогора.
Тот теремок через два года сгорел — из-за разочарования Навны в Святогоре. Учительница перестала верить в то, чему учит детей, — и почувствовала себя ненужной и одинокой, слоняющейся на пепелище теремка.
Тут, конечно, огромную роль сыграл, сам того не зная, отец Навны — и в появлении первого теремка и в его разрушении, расчистке места под новый.

Второй теремок — в самом деле оригинальный, а не подражание. Навна строила его уже при вполне осознанной помощи отца и с вполне определённой целью — воспитать младшего брата таким, каков отец. В сущности, место Святогора во втором теремке занял отец Навны. А поскольку он — человек совершенно незаурядный и с народным идеалом не особо считающийся, то новый теремок оказался в остром конфликте с традицией и существовал как бы в подполье. Его создатели не сознавали, что пытаться воспитывать ребёнка вопреки давящим со всех сторон традициям — дело почти безнадёжное. Для понимания этого отцу Навны не хватало педагогического таланта, а ей самой — опыта.
Но, если вдуматься, у них не было иного пути. Навне без теремка не жизнь, а теремку нужен идеал, и если Святогор перестал таковым быть — значит, нужна замена, а её и искать излишне: отец — готовый идеал. Такова тут логика Навны. А логика отца определяется двумя соображениями. Во-первых, ему попросту жаль дочку, которая потеряла себя, а во-вторых, он страдает из-за предчувствия, что едва ли сын вырастет таким же, каков он сам. Новый теремок вроде даёт возможность решить обе эти проблемы разом — и Навна будет при любимом деле, и Радима, глядишь, они совместными усилиями воспитают как надо — вопреки всему.
Чем бы всё это обернулось в итоге — можно лишь гадать; история второго теремка закончилась вместе с земной жизнью Навны.

Третий теремок она возвела уже на небесах, положив в него брата и сестёр (их окостеневшие души). Здесь воспитание равносильно воскрешению, причём решающее значение имело воскрешение Радима. В качестве идеала в этом теремке — уже Русомир. Изначально он очень похож на Святогора (главное — не признаёт Жругра), но по мере оживления Радима обретает действительно собственное лицо.
И по ходу дела Навна сама обретает качества, необходимые Соборной Душе народа.
Когда Навна воскресила своих младших, этот теремок более уже ни к чему.

Всё это теремки заведомо временные, ориентированные на узкий круг своих, находящихся тут же рядом. И каковы бы ни были непосредственные причины появления каждого теремка, а главный их смысл в том, что в них набиралась сил и опыта будущая Соборная Душа. Правда, в первых двух теремках сама Навна этого вовсе не сознаёт, а в третьем, хоть и знает уже о своём предназначении, всё-таки мыслит и действует в основном как просто старшая сестра, обязанная спасти своих младших. Но, вытаскивая их на небеса, сама постепенно становится настоящей Соборной Душой. Вот теперь ей требуется уже иной теремок — вечный, который, сам будучи на небесах, способен просветлять тех детей, что растут в земном мире.
Сразу уточню: разумеется, Соборная Душа влияет и на взрослых — и тех, что в земном мире, и тех, что на небесах. Но ключевое значение для неё имеет воспитание детей — ведь они гораздо легче взрослых усваивают как хорошее, так и плохое. Поэтому ниже речь пойдёт именно об этой стороне деятельности Навны.
Естественный вопрос: она на небесах, дети — на земле; как их воспитывать? Посредством народного идеала — люди же равняются на него, так что, совершенствуя его, можно направлять в нужную сторону мысли и действия людей, а детей — особенно.
Поэтому в четвёртом теремке Русомир — уже в роли ученика; именно на его воспитание направлены основные усилия Навны. А образцом для него является Земомир, то есть образ идеального (для данной исторической эпохи) человека — в понимании Яросвета.
Главной своей цели этот теремок не достиг из-за того, что так и не удалось убедить словен в необходимости единовластия — эти злоключения Навны описаны здесь, в главе «Под обрывом».

Пятый теремок — в самом деле вечный. Он похож на четвёртый, но в нём лучше отражён образ идеального теремка.

Об идеальном теремке надо сказать отдельно.
Строго говоря, так можно называть теремок, в котором совершенно вообще всё; он служит вечным ориентиром для развития, а воплотиться в жизнь полностью не сможет никогда. Однако обычно в «Полёте на Жругре» идеальным именуется теремок, в котором налицо хотя бы то, что для Навны важнее всего — возможность учить людей просто жить дружно, а не воевать с кем-то. Далее речь идёт именно о нём. Он маячил перед Навной с раннего детства, но лишь призрачно, поскольку на деле у неё любой теремок получался, так сказать, богатырским — нацеленным на воспитание прежде всего воинов, — жизнь к тому принуждает. Да ещё и прямо связанная с войной необходимость в жёсткой власти — и это Навна обязана внушать людям, куда же деваться, иначе внешние враги нас попросту истребят. Но в глубине души Навна мечтает о таком теремке, в котором люди с детства усваивают, что главное — во всём помогать друг другу, что самые лучшие люди — те, кто больше всех помогает другим и может уладить любые распри. А такое воспитание возможно лишь в стране, достаточно защищённой от внешних угроз.

Пятый теремок возник именно в таких условиях — он изначально был связан со словенами, ушедшими в северные леса, к Ильменю; здесь угроза со стороны внешних врагов была не столь велика и основным условием для счастливой жизни стало умение жить дружно. Значит, и детей воспитывать надо соответственно — о чём Навна и мечтала.
Так что пятый теремок изначально имеет весьма заметные черты идеального — тут Навна стремится превратить Русомира в такой народный идеал, который нацеливает людей прежде всего на дружбу, взаимопомощь, а идеи войны и сильной власти задвигаются в тень. Правда, в дальнейшем, с выходом Руси из лесного укрытия, приходится идти на уступки жестокой реальности и теремок снова начинает в значительной мере ориентироваться на войну и жёсткую власть. Но в основе он — всё-таки идеальный (в понимании Навны, повторюсь), поскольку Русомир изначально усвоил представление Навны о том, как следует жить в идеале.
Сама натура Русомира тянет его к тому, чтобы своим примером увлекать людей к жизни, построенной на взаимопомощи, а суровая реальность заставляет его становиться идеалом воина, считающего к тому же жёсткую власть необходимостью. Это серьёзнейшая проблема теремка Навны, тут надо постоянно искать компромисс. Слишком поддавшись требованиям жизни, Русомир перестанет быть самим собой и захиреет, а если будет слишком противиться им, то равняющиеся на него люди сделаются слишком анархичными, неспособными согласованно защищаться от врагов.
Бьющаяся над этим вопросом Навна вынуждена использовать рискованное средство — отделение от Русомира элитарных идеалов, связанных со Жругром гораздо сильнее, чем сам Русомир. То есть — некое меньшинство народа воспитывается существенно иначе, чем остальной народ. Потенциально такое очень опасно, поскольку чревато полным отрывом основной массы народа от власти, превращением государства в нерусское по сути своей.
Относительно благополучно дело обстоит с первым из таких вторичных идеалов — Властимиром. Это идеал тех, кто находится на вершине власти и потому должен постоянно считаться с логикой уицраора — нередко вопреки Русомиру. Благодаря Властимиру государство остаётся более-менее русским даже в ситуации, когда основная часть народа утратила взаимопонимание с властью. Властимир в той или иной мере требуется всегда; от него Навна избавляться не желает.
Куда сложнее с элитарными идеалами иного рода. Таковых было двое — сначала Дружемир, затем Верхомир. Причина появления обоих, по большому счёту, одна — мировоззренческая пропасть между народом и властью разрасталась до того, что приходилось выделять какое-то меньшинство, которое действовало по логике власти, получая за это огромные привилегии. И превращалось в довольно замкнутую кровнородственную общность, способную в перспективе стать подобием отдельного народа, считающего государство только своим и утратившего чувство общности с основной частью русского народа. Так было сначала с княжеской русью, потом — с европеизированным дворянством. Как бы Навна ни ценила Дружемира, а потом Верхомира, но всегда стремилась к тому, чтобы они поскорее выполнили свою роль и растворились обратно в Русомире.

А что в теремке Навны сейчас? Главнейшая беда та же — Русомир недостаточно понимает Жругра. Так можем докатиться до полного отчуждения большинства народа от власти и появления нового элитарного идеала и новой правящей касты — тем более что её зародыш уже есть. Так что Навна более всего старается повернуть Русомира лицом к Жругру. Когда это удастся — тогда Русомир начнёт внушать народу, что разбираться в делах государства и держать его под контролем — необходимо и возможно. А то ведь далеко не все это сознают.






--------------------
Не пью, не курю, не смотрю телевизор, не пользуюсь Windows
Вернуться в начало страницы
 
+Ответить с цитированием данного сообщения

Ответить в эту темуОткрыть новую тему
( Гостей: 1 )
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 28.10.2021, 3:25